Валерий Леонтьев
 
 

"Не люблю равнодушного любопытства"

2011-09-16
«НЕ ЛЮБЛЮ РАВНОДУШНОГО ЛЮБОПЫТСТВА»

– Хочу начать с вопроса, с которого не принято начинать интервью, но знаю, что проблема эта многих волнует. Легенды ходят о заработках эстрадных звёзд. Вы считаете себя богатым человеком?
– Да, я богат по сравнению с тем Леонтьевым, который когда-то начинал. И нищий по сравнению, например, с Майклом Джексоном.
Сначала я работал за пять, семь, десять (в этот момент я уже собирал стадионы), тринадцать, пятнадцать и наконец девятнадцать рублей с концерта. Прошёл всю тарификационную сетку, на которую ничто не могло повлиять: ни касса, ни зритель. Бабушка, которая после концерта с мешком проходила по трибунам стадиона, собирала бутылок на сумму, раз в десять превышающую мой дневной заработок. Правда, в прошлом году мне сделали исключение, переведя в ранг камерных исполнителей. Эта ставка со всеми надбавками даёт мне с концерта сто пятьдесят семь рублей.
– А сколько бывает концертов в месяц?
– Бывает тридцать, а бывает – ни одного. Но я должен делать не менее шестнадцати концертов, чтобы музыканты, работающие со мной, получали больше ста-ста двадцати рублей. Но как на эти деньги можно жить, если гитара, которую купила наша гитаристка, стоит больше четырёх тысяч. Я мечтаю купить радиомикрофон и наконец избавиться от «удава». А его цена – несколько моих месячных заработков. Помещение для студии получили. Деньги, которые мы зарабатываем, уходят в основном туда. Так что ни яхты, ни самолёта, ни собственного отеля у меня нет.
Валерий Леонтьев – певец поколения с трудной судьбой. Годы пришлось добиваться права быть самим собой: одеваться, причёсываться, держаться на сцене соответственно своему мироощущению.
– Скажите, а почему вы не замолчали, не ушли в знак протеста? Как делали некоторые художники, музыканты.
– Я хотел петь, как есть, пить или дышать. Я страшно огорчался и не понимал, когда меня не понимали, выгоняли, запрещали. Но оттого, что человек во время еды, к примеру, сломал зуб, он не перестанет хотеть есть. То же было и со мной. Я терпел.
Сегодня я думаю, что если бы я замолчал, то ничего страшного не произошло. Но тогда это казалось непоправимым. Нужно было что-то делать. И я делал, стараясь быть как можно меньше подлецом по отношению к себе.
– Я чувствую, обида на телевидение тянется с тех времён?
– Да нет, в обиженную позу, считаю, становиться некрасиво. Я по-прежнему думаю, что экранный Леонтьев очень отличается от того, который работает на концертах. Потому что температура того, что я делаю на сцене, во много раз превышает температуру того, что потом выходит в эфир. С меня сходит сто потов, в зале переживают, включаются в спектакль, а на экране этого нет. Или вот тоже загадка – почему с таким упорством крутят песни начала восьмидесятых годов, когда каждый день я делаю что-то новое?
– А вы помните свою первую песню?
– Одна из первых – «Меньше трёх минут» французского композитора Пьера Дени. Там был яркий образ человека, стоящего под расстрелом. Меня влекли и влекут экстремальные ситуации человеческого духа.
– Многие заметили, что в последнее время вы очень изменились – внешность, песни…
– Я сторонник изменений в артисте. Глупо и смешно звучать так же, как и пять лет назад. Наш жанр этого не прощает. Это даже не требование моды, а развитие, и надо в нём участвовать. Я ничего не отрицаю, не отмахиваюсь. Меня стали раздражать определённые мои интонации, я сознательно меняю тембр, манеру пения. В репертуаре поубавилось романтичности, появилась злость, скептицизм, и мне это нравится. Я никогда не отмахивался и не отмахиваюсь от социальной тематики. Но сегодня мне хочется хорошей песни о драматической любви. Может быть, это оттого, что слишком много и не очень хорошо поют о действительности. Недавно услышал песню о стиральном порошке. Но я не хочу об этом петь.
«Леонтьев – в кризисе. Сегодня, как никогда, важна на эстраде позиция. А он?» - вспомнились слова молодого критика из разряда критиканов. А что действительно он сегодня? Где он на эстраде? Не затерялся ли среди тех, кто кричит правду про нашу серую жизнь во всей её обнажённой неприглядности? Среди тех, у кого смелости хватает лишь на то, чтобы втиснуть в безликий клип Брежнева или Сталина? Нет, не затерялся. Напротив, его позиция самая чёткая. И хотя его песни изменились и в них больше примет времени (афганский сюжет, школьная реформа, жертвы бюрократов), они, по сути, о том же человеке, о том, что его волновало и будет волновать ещё долго, - душа, нелады с собой и жизнью. И поёт всё тот же актёр. С лицом усталого шута. Он не кричит зычным голосом и казёнными словами. Взывает. Просит. Хохочет. Смеётся. Кто хочет услышать – услышит. Не в этом ли сегодня честная и милосердная позиция певца? А «Джордано»?
– «Джордано» прежде всего был нужен для того, чтобы выйти за рамки своего жанра, а может быть, расширить его границы. Но обращение к нему сродни скорее тому стремлению, которое заставляет искать меня некую дверь в иной мир. Это естественное продолжение моего стремления драматизировать материал, из всего сделать спектакль, потому что любая песенная программа, как бы она ни была хороша, всё равно будет набором песен, более или менее удачно пригнанных друг к другу. А драматургия дала мне возможность прожить жизнь определённого героя, мною всегда любимого, в течение двух сценических часов.
– Вы думаете о продолжении работы в этом направлении?
– Конечно. Во всяком случае, следующая работа в этом жанре должна быть мюзиклом: красивым, весёлым, жизнеутверждающим спектаклем.
– Сегодня, как никогда, эстраде ставят в упрёк уход от жизни. Обвиняют её в пустоте. Как вы к этому относитесь?
– Думаю, что это неправильно. Ещё в 1981 году Тухманов сочинил песню «Беседы с Отечеством» на стихи Атанаса Дрилинга, где автор говорит с Родиной на равных, на «ты». Её не выпустили в эфир. Так же, как и песню «Звёздные войны», одиннадцать песен к телефильму «Последний довод королей» - злых, острых. А кто их слышал? И сегодня с эстрады звучат серьёзные тексты. Согласен, есть и пустые. Как и в любом другом искусстве. Существуют великие полотна, а есть бульварные картинки по трёшке. Мне кажется, устойчива привычка вешать всех собак на эстраду.
– А эстрадным звёздам особенно достаётся. «Дитя диско», «блестящая, но пустая игрушка» - что только о вас не говорили и не говорят. Хорошо представляю ваши ощущения…
– Да, люди не стесняются в выражениях. Но я думаю, что если зритель любит артиста или он хотя бы интересен ему, то он должен простить кажущиеся недостатки. Лично для меня ценен зритель, которого легко повергнуть в ощущение счастья, грусти, легко обидеть. Который эмоционален и всегда откликается на посыл со сцены. А ведь столько глухих людей, которые приходят на концерт ради престижа, чтобы назавтра, зевая, кому-то сказать: «Была на концерте Леонтьева. Да так себе…». Такие страшнее всего.
– Но вы вправе выбирать зрителя.
– Если бы я был певец, который только проклюнулся, тогда бы выбирал. Но когда меня знает вся публика, я должен думать обо всех. Мне вообще хотелось бы примирить разные категории слушателей, хотя понимаю, что нет ничего невозможнее этого. Чтобы каждый человек не ставил во главу угла собственный вкус, когда безапелляционно заявляется: это плохо, это хорошо – даже без попытки добавить «на мой взгляд». Поклонники готовы убить друг друга.
Упорно, яро отстаивая свои интересы, мы дойдём до того, что одни книжки будем сжигать, а другие вешать в рамки.
– Сложные отношения с поклонниками?
– Я зол на определённую часть публики. Они пишут мне, в министерства, концертные организации. Пишут: «Ты обезьяна, чего ты кривляешься? Тебя надо отправить в дурдом». Бьют окна. Их поведение для меня загадка. Я стараюсь не замечать людскую нелюбовь. Сколько себя помню, меня сопровождает атмосфера любви и ненависти.
А я хочу, чтобы меня любили все. Я искренне радуюсь, когда после концерта подходят и говорят: «Я раньше вас терпеть не мог, а вот услышал…». Когда меня хвалят, я лучше работаю. Когда выхожу на сцену, я отдаю всё. И за это хочу всеобщей любви. Я вправе на неё рассчитывать.
Леонтьев – звезда. Но соответствие звёздному статусу начинается в нём и заканчивается роскошной шубой. Да и та, видимо, ненадолго, поклонницы пытаются её разорвать на сувениры, как предыдущую. Он мягкий, скромный человек. Обязателен. Дисциплинирован. Не вяжутся с его положением и постоянные сомнения.
– Я сам порой не нахожу слов, которыми мог бы выразить своё состояние. Такое ощущение, будто я вижу желанное, но толстый слой целлофана мешает рассмотреть контуры того, к чему я прорываюсь. Мне кажется, что я потерял или не использовал возможность придумывать совершенно необыкновенные миры, сюжеты. В шестнадцать лет и позже я пробовал писать фантастику, в которой хотел воплотить свою мечту о светлом будущем. Она и сегодня может показаться большинству людей несерьёзным, инфантильным бредом. А тем не менее весь ход исторических событий и всё прожитое человечеством – для чего оно? Для чего всё это делается? Наверное, во имя завтрашнего дня. Я говорю – светлого будущего. В принципе всё делается для человека. И каждое следующее поколение будет строить своё удовольствие на наших костях. А последующее на их… Об этом я хотел бы написать…
– А вас не смущает громкость фраз «во имя человека», «светлое будущее»?.. Десятки лет мы жили под этими лозунгами, а в результате…
– Смущает, откровенно говоря. Но смущают не мои слова и убеждения, а отношение людей к этим громким фразам. Нет моей вины в том, что они десятилетиями дискредитировались злом под флагом добра и справедливости, что от долгого употребления они утратили свой первоначальный смысл. Я внутренне глубоко убеждён, что всё делается во имя этого самого понятия, которое у нас привыкли обозначать словосочетанием «светлое будущее». Кто не мечтает о нём, тем хуже тому.
Поэтому мне близки книги Стругацких, которые и фантастикой не назовёшь. Потому что пишут они о сегодняшнем дне для будущего. Остроумные авторы, преисполненные милосердия. Из зарубежных авторов больше всего люблю Лема. И не только фантастические произведения, но и серьёзные исследования, такие, например, как «Сумма технологии». Люблю Кларка, Азимова. Первые имена, которые пришли на память, а значит, особенно любимые.
– Как вы относитесь к вопросам, не касающимся творчества? Например, есть ли у вас семья?
– У меня только мать. Была жена. Но это довольно грустная история. Давай, проехали. Сейчас я вспоминаю статью «Выйти замуж за Валерия Леонтьева». Там автор красноречиво резюмировал: «Когда-нибудь девочки, ставшие бабушками, смеясь, будут вспоминать, что сходили с ума по Валерию Леонтьеву. Певцу, о котором теперь и слыхом никто не слыхивал». Знаешь, я приложу все усилия к тому, чтобы внуки девочек, которые рвались за меня замуж, знали мою фамилию.
– Говорят, успех – путь к одиночеству. Вы одинокий человек?
– Бывают в жизни моменты, когда я готов под этим подписаться. Казалось, были овации, цветы, хорошая пресса, десятки предложений. А ты чувствуешь, что сделал не то, что хотел, и тебе некому об этом сказать. Ты один. Хотя назвать себя одиноким не могу. У меня есть очень верные и преданные друзья. Но тем не менее есть такие сокровенные моменты, когда даже самым близким людям я не могу открыться.
А вообще я не люблю жадного интереса к тому, что не касается работы. Не люблю, когда люди орут, дёргаются. Ненавижу передачу «Музыкальный ринг», хотя в ней и участвовал (меня оправдывает то, что случайно). Я сомневаюсь в правомерности этой передачи. И если такой принцип – толпа зрителей против одного актёра – допустим, то прежде всего нужна высокая зрительская культура. Перестройка, гласность – это прекрасно. Но ведь воспитание никто не отменял. Не люблю равнодушного любопытства к чужой беде. Не люблю склок, интриг, скандалов – этих спутников звёздности. Не люблю, когда «понт дороже денег» - это особенно распространено в эстрадном мире. Убивает, когда уходят с фильмов Тарковского и говорят: «какая муть». Или гогочут, когда надо плакать.
Вообще я не люблю того, что во все времена не положено было любить.



Жил-был – я.
(Стоит ли об этом?)
Шторм бил в мол.
(Молод был и мил…)
В порт плыл флот.
(С выигрышным билетом
жил- был я.)
Помнится, что жил.

Зной, дождь, гром.
(Мокрые бульвары…)
Ночь. Свет глаз.
(Локон у плеча…)
Шли всю ночь.
(Листья обрывали…)
«Мы», «ты», «я»
нежно лепеча.

Знал соль слёз
(Пустоту постели…)
Ночь без сна
(Сердце без тепла) –
гас, как газ,
город опустелый.
(Взгляд без глаз,
окна без стекла).

Где ж тот снег?
(Как скользили лыжи!)
Где ж тот пляж?
(С золотым песком!)
Где тот лес?
(С шёпотом – «поближе».)
Где тот дождь?
(«Вместе, босиком!»)

Встань. Сбрось сон.
(Не смотри, не надо…)
Сон не жизнь.
(Снилось и забыл).
Сон как мох
в древних колоннадах.
(Жил-был я…)
Вспомнилось, что жил.




Глухими тропами, среди густой травы,
Уйду бродить я голубыми вечерами;
Коснётся ветер непокрытой головы,
И свежесть чувствовать я буду под ногами.

Мне бесконечная любовь наполнит грудь.
Но буду я молчать и все слова забуду.
Я, как цыган, уйду – всё дальше, дальше
в путь!
И словно с женщиной, с Природой
счастлив буду.




Самое горькое на свете состояние –
одиночество.
Самое длинное на земле расстояние –
то, которое одолеть не хочется.
Самые злые на свете слова:
«Я тебя не люблю».
Самое страшное, если ложь права,
а надежда равна нулю.
И всё-таки я хочу самого страшного
и самого неистового хочу.
Пусть мне будут беда вчерашняя
и счастье завтрашнее по плечу…




Луна-проводник
Зовёт: «Загляни ко мне».
Дом у дороги.


Мне показалось:
Твоё лицо прекрасно,
Как луны восход.


Мир быстротечен.
Дым от свечи уходит
В дыру на крыше.


Скрип калитки? Нет,
Это ветер метёт к ней
Жёлтую листву.


Верь в лучшие дни!
Деревце сливы верит:
Весной зацветёт.


Чернеют тучи,
Вот-вот прольются дождём,
Только Фудзи бел.


Ты свечу зажёг.
Словно молнии проблеск
В ладонях возник.


Спать бы у реки
Среди пьянящих цветов
Дикой гвоздики.


Пустое гнездо.
Так и покинутый дом –
Выехал сосед.


Оглянись: уже
И меня почти настиг
Осенний сумрак.


Что же цветёт там,
За оградой, - не знаю,
Но запах… Нет слов.


Жди лучших дней, но
Знай: в чистой душе слива
Цветёт и зимой.

Последние изменения: 2011-09-16, 14:20


Следующий пост: "Музыкальный ринг" (#13, 2011-09-26)
Предыдущий пост: Пепел и звёзды Джордано (#11, 2011-09-08)

Пост #12. Постоянная ссылка на пост: /pressa/post/ne-lyublyu-ravnodushnogo-lyubopytstva-1/

Решайтесь на cоздание сайта!

Контакты: